осень тоже может быть светлой

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

осень тоже может быть светлой > Цитатник пользователяПерейти на страницу: 1 | 2 | 3 | следующуюСледующая »


воскресенье, 24 сентября 2017 г.
I.m May. 07:09:39
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 8 марта 2016 г.
I.m May. 07:12:11
Запись только для зарегистрированных пользователей.
I.m May. 07:08:19
Запись только для зарегистрированных пользователей.
I.m May. 07:01:57
Запись только для зарегистрированных пользователей.
понедельник, 2 ноября 2015 г.
lavrme 16:09:43
Запись только для зарегистрированных пользователей.
воскресенье, 15 марта 2015 г.
Mki Mati 11:36:40
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 3 января 2015 г.
lThe agony of your thoughtsl 14:13:20
Запись только для меня.
суббота, 8 ноября 2014 г.
Полотно Жизни Противоречие 22:30:16
Каждый день мы умираем. Не физически - духовно, морально, психологически.
Кто-то умирает совсем чуть-чуть, даже не замечая этого. Кто-то умирает долго, мучительно, болезненно.
Кто-то умирая улыбается и смеется, принимая очередную смерть за дар. Кто-то скрипит зубами, из последних сил сопротивляясь, карабкаясь из этого состояния.
Но как бы там ни было, хотим мы этого или нет, мы умираем. Каждый день. Каждую минуту. Каждое мгновение. У кого как.
Это мы "старые" меняемся на нас "новых". Умирая - воскресаем, чтобы стать другими.
Любое происшествие, любой поступок, любая мысль - обязательно меняет нас внутренне.
Одни изменения сначала не видны, но обязательно аукнуться в будущем. Другие - изначально слишком заметны, чтобы проигнорировать их.
На каждое действие есть последствие. Так, живя, взаимодействуя, думая мы находимся в состоянии постоянного изменения.
Вчера ребенка ударил кто-то взрослый, сегодня ребенок уже замкнут и боится всего, а лет через десять он будет так же бить тех, кто слабее и младше.
Или другой вариант. Вчера ударили, сегодня он защитит того, кого попытаются ударить, зная какого этого.
Или совершенно другой вариант - его не успеют ударить, за него заступятся.
Любое происшествие, даже незначительное, принесет за собой какое либо последствие. Новый поворот, новый изгиб, новый виток жизни.
И не стоит забывать, что поменяется ход жизни не только у участников случая, поменяется Жизнь всего Мира...

Я часто представляю Жизнь бесконечным полотном, где каждое существо взаимосвязанно тонкими разноцветными нитями, создавая всю картину мира.
Чьи-то нити тонки и прозрачны, и рисунок их теряется на фоне общей картины.
Чьи-то толстые, крепкие, яркие - рисунок этих нитей сразу бросается в глаза, привлекая внимание.
Одни нити обрываются. Другие - переплетаются между собой. Третьи - одиночные, лишь изредка незаметными стежками подцепляются к другим, чтобы не сорваться с полотна.
И все они создают причудливый узор Жизни всего Мира.
Бесконечное полотно бесконечных нитей судьбы множества людей, большинство которых никогда не встретятся друг с другом - казалось бы как могут они быть едины?
Как может один человек - одна маленькая песчинка в пустыне - повлиять на целый Мир? Изменить ход Жизни целого Мира?
Если вырвать любую нить из полотна - рисунок его изменится. Он станет совсем другим.

Наша жизнь - череда случайностей, которые не случайны. Взаимодействуя с миром мы создаем определенные Условия для определенных Событий.
Девушка опаздывает на свидание, не замечая юноши, которые так же торопится. Они врезаются в друг друга.
Сумка девушки падает, рассыпается содержимое. Они оба лихорадочно собирают его, принося друг другу извинения. Но время уже упущено, создалось новое Условие - она опоздала.
В это время может на месте встречи прогреметь взрыв. Или водитель мог не справится с управлением в тот самый момент, когда она бы переходила дорогу.
А может именно в то мгновение, пока она собирает свои рассыпанные вещи по асфальту, ее молодой человек встретил другую...
Так, Условие создает новое Событие, которое в свою очередь порождает новый рисунок на жизненном полотне Мира.

Чем ближе мы находимся к друг другу, тем теснее эта взаимосвязь.
Но так или иначе мы все связаны хотя бы тем, что живем в одном Мире.
Мы сами создаем свою Судьбу и влияем на Судьбы других.
Мы все вместе создаем узоры на полотне.
Мы - лишь песчинки, но все вместе мы целый Мир.


­­


Как жаль, что в этом огромном Мире мы так одиноки...


Музыка Да, такие времена: твой мир хрустальный и живой - Здесь не нужен никому такой...
Категории: Просто очередной бред.
комментировать 2 комментария
среда, 8 октября 2014 г.
Пончики с глазурью I Catherine I в сообществе • Кулинарные рецепты • 16:50:13
Время приготовления 2 часа.

Ингредиенты (на 15 штук):
0.5 стакана сахарной пудры
2 ч. л. ванильного экстракта (можно заменить ванилью или ванильным сахаром — я делал с ванильным сахаром)
0.5 стакана молока
50 г. сливочного масла
2 стакана муки
2 ч. л. разрыхлителя
1 яйцо
Для шоколадной глазури:
100 г. шоколада
3 ст. л. воды
1 ст. л. сливочного масла
100 г. сахарной пудры

Приготовление:
Для украшения можно использовать различные крема и глазури, кокосовую стружку, кондитерские разноцветные посыпки и т.д, а для придания пончикам нужной формы можно использовать:
для внешнего круга — обрезанную бутылку диаметром около 10 см, например
для внутреннего — крышку от бутылки.

Сначала разогреем духовку до °200C. Пока духовка разогревается, разотрем в миске ванильный сахар и яйцо.
Добавим пудру и растопленное сливочное масло, тщательно перемешаем.
Вмешаем молоко и постепенно будем всыпать муку, смешанную с разрыхлителем.

Тесто должно получиться довольно густым и тягучим. Накроем его пищевой пленкой и поставим на 30 минут в холодильник.
Достанем тесто и будем вымешивать до тех пор, пока оно не станет гладким и эластичным (при желании можно добавлять муку). Раскатаем его в пласт толщиной 1 см и сформируем пончики.

Выложим будущие dunkin donuts на противень, застеленный пергаментом для выпекания.
Поместим в духовку на 15-20 минут. Пончики должны увеличиться в размере раза в два и подрумяниться.

Пока они остывают до комнатной температуры, приготовим глазурь. Разломаем шоколад на кусочки, добавим немного горячей воды и будем нагревать до тех пор, пока шоколад не растворится. Потом добавим размягченное сливочное масло и сахарную пудру, разотрем в однородную глазурь.
Выложим глазурь в широкую посуду и будем окунать в нее пончики, выкладывать их на тарелку и посыпать кокосовой стружкой или пищевым конфетти.

­­

­­
комментировать 11 комментариев
понедельник, 14 июля 2014 г.
I.m May. 20:32:55
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 5 июля 2014 г.
zendеr 20:44:11
Запись только для зарегистрированных пользователей.
четверг, 26 июня 2014 г.
дыши.мной 19:15:15
Запись только для зарегистрированных пользователей.
воскресенье, 11 мая 2014 г.
Jоve 06:45:46
Запись только для меня.
пятница, 9 мая 2014 г.
I.m May. 16:27:49
Запись только для зарегистрированных пользователей.
воскресенье, 4 мая 2014 г.
Летатехника: методы забывания Раскадровщик 08:54:38


Летатехника: методы забывания

Для большинства людей актуальной является проблема запоминания, а не забывания. «Многие из нас думают: как найти пути для того, чтобы лучше запомнить? Никто не работает над вопросом: как лучше забыть?» — писал академик А.Р. Лурия. Однако для эффективной работы памяти необходимо уметь не только надежно запоминать, хранить и воспроизводить какую-либо информацию, но и забывать ее в случае необходимости. Рассмотрим наиболее эффективные методы подавления психотравмирующих воспоминаний и удаление из памяти информации, потерявшей свою актуальность.

Римский историк Публий Корнелий Тацит утверждал: «Не во власти человека терять что-то из памяти». По всей видимости, Тацит имел в виду неспособность человека к произвольному забыванию.

Позволим себе не согласиться с древним римлянином. В самом деле, если есть произвольное и непроизвольное запоминание, произвольное и непроизвольное воспроизведение, то почему считается, что забывание может быть только непроизвольным?

В мнемонике существуют методы, предназначенные для целенаправленного забывания. Совокупность таких методов называется летатехникой. Этимология данного термина (также как и термина «мнемотехника») уходит к греческой мифологии. Лета — река забвения в подземном царстве. Души умерших, отведав воду из Лета, забывали о своей земной жизни. Отсюда происходит выражение — кануть в Лету, что означает быть забытым, бесследно исчезнуть.

В каких случаях необходимо произвольное забывание? Для большинства людей актуальной является проблема запоминания, а не забывания. «Многие из нас думают: как найти пути для того, чтобы лучше запомнить? Никто не работает над вопросом: как лучше забыть?» — писал академик А.Р. Лурия. Однако забывание не является однозначно негативным качеством памяти, поскольку полноценное функционирование мнемонических процессов невозможно без такого процесса.

Летатехнические методы могут быть использованы, по меньшей мере, в двух случаях.

С целью подавления психотравмирующих воспоминаний, особенно тех, которые стали навязчивыми, назойливо повторяющимися.
С целью стирания из памяти информации, которая просто стала ненужной. В частности, при помощи лета-техники можно освобождать мнемонические матрицы от старого, «отработанного» материала для более эффективной «записи» в эту же матрицу новых содержаний.
В первом случае летатехнические методы обретают психотерапевтическу­ю направленность. Рассмотрим наиболее эффективные методы подавления психотравмирующих воспоминаний.

1. Подавление

Чаще всего воспоминание о чем-либо неприятном становится обсессивным (болезненно навязчивым) из-за антиципированной тревоги: человек начинает бояться, что психотравмирующие воспоминания вновь начнут «всплывать» из памяти и чем больше он этого боится, тем навязчивее и ярче они становятся.

Для снятия мнемонических обсессий можно использовать упражнение, которое называется «горящее письмо». Упражнение выполняется следующим образом:

Человек, обсессивно травмируемый каким-либо воспоминанием (или группой воспоминаний), подробно описывает на бумаге эти воспоминания; их можно представить в виде мысленных картин, движущегося видеоряда или видеофильма (здесь может пригодиться школьный опыт написания «сочинения по картине»). Этот процесс может быть неприятным, но сам он часто производит психотерапевтически­й эффект: человек не подавляет воспоминания, включая всевозможные защитные механизмы, а, описывая их, освобождается от этих воспоминаний. Затем листок бумаги с воспоминаниями помещается на огнеупорную основу (к примеру, в пепельницу) и поджигается. В этот момент важно смотреть на огонь, видеть, как сгорают переживания, касающиеся тех или иных событий прошлого, как превращаются в пепел и рассыпаются психотравмирующие воспоминания. Все негативное сгорело в пламени! Пепел выброшен в окно и развеян по ветру!

Конечно, такое упражнение не приведет во всех случаях к обязательному элиминированию (удалению) из памяти негативных воспоминаний так, что их будет невозможно вспомнить. Смысл упражнения заключается в том, что оно позволяет человеку стать хозяином своих воспоминаний. Он может в любой момент перенести их на бумагу и сжечь, а значит, перестает их бояться. Если человек перестает бояться воспоминаний, то они перестают приобретать навязчивую форму и, в конечном итоге вовсе перестают приходить.

Нередко, при хорошо развитом воображении, человек действительно может с помощью «горящего письма» полностью и безвозвратно уничтожить какие-либо нежелательные воспоминания. Огонь магнетически действует на человека, оказывая катарсический, «психоочищающий» эффект. Еще со времен Homo habilis («человека умелого») огонь играл роль первого в человеческой истории психотерапевта: смотря в огонь человек, по сути, проходил психотерапевтически­й сеанс, освобождаясь от своих тяжелых мыслей и очищаясь от «первобытных стрессов». Если человек способен ярко вообразить, что сгорает не только бумага, но и его воспоминания, то он не сможет их воспроизвести даже при желании. «Я пытаюсь вспомнить, но не могу, вижу только рассыпающийся пепел» — так иногда говорят после выполнения этого упражнения.

Еще одно эффективное упражнение называется « телевизор». Такое упражнение часто используют в психотерапии. Выполняется оно так:

Человек старается максимально ярко воспроизвести свои негативные переживания, представляя их на экране большого телевизора. Затем он мысленно берет пульт и выключает звук. После этого вновь просматривается исходный «фильм», но уже без звука. Теперь выключается цвет; «фильм» снова просматривается, но в черно-белом режиме. Те же самые манипуляции производятся с контрастом и яркостью. В конце концов, изображение полностью исчезает. Человек хочет просмотреть «фильм» снова, но видит только темный экран. Для усиления эффекта в своем воображении можно вытащить вилку из розетки и выбросить телевизор в окно.

Если травмирующие воспоминания не трагичны, а просто неприятны, то с помощью упражнения «телевизор» можно превратить их в комедию и посмеяться над ними. Там, где есть искренний смех, нет места неврозу. Представьте, что неприятные события, которые когда-то произошли с вами, записаны на видео. В своем воображении можно просмотреть «запись» на большой скорости, пустить ее в обратную сторону, включить замедленный режим, остановить в режиме «стоп-кадр». Попробуйте мысленно наложить на «запись» веселую музыку, ввести в «запись» комичные персонажи. Если вы сможете стать режиссером своих воспоминаний, то вы будете управлять ими, а не они вами.

Данное упражнение также не гарантирует абсолютного забывания, но оно помогает перестать бояться воспоминаний. Устраняя страх перед неприятными воспоминаниями, мы устраняем причину их обсессивных появлений.

2. Удаление

Другая стратегия летатехнических методов направлена на удаление из памяти информации, потерявшей свою актуальность и загромождающей «архив». К примеру, можно освобождать мнемонические матрицы от использованного информационного содержания с тем, чтобы заполнять их новым материалом. Рассмотрим некоторые летатехнические методы, позволяющие это делать.

Один из наиболее простых методов носит название «летатехническая тряпка».

К примеру, мы заполнили какую-либо мнемоническую матрицу (дорогу, комнату, «алфавит» и т. п.) рядом слов, а точнее — рядом образов, сформированных на основе слов. Стереть эти образы можно обратным по отношению к их созданию способом. Обращаемся к «месту» № 1 матрицы, где находится образ или образная группа. Мысленно берем большую влажную тряпку и стираем этот образ. «Место» № 1 остается, мы продолжаем видеть его во всех подробностях, но оно пустое, свободное и на нем можно размещать новые ассоциативные композиции. Затем мы последовательно, от «места» к «месту» проходим по всей матрице и аналогичным способом стираем все остальные образы. Если какие-либо образы неэтично или нехорошо стирать тряпкой даже мысленно, то тогда как можно ярче представляем, как эти образы исчезают сами собой. Они растворяются как утренний туман, или же просто уходят.

Нужно отметить, что такой метод оказывается неудобным в тех ситуациях, когда мнемонические матрицы достаточно большие. Для последовательного стирания информации с каждого отдельного «места» потребуется слишком много времени и сил. В таких случаях целесообразно воспользоваться методикой забывания С. В. Шерешевского.

Будучи профессиональным мнемонистом и выступая на эстраде перед публикой с интеллектуальными аттракционами, Соломон Шерешевский был вынужден не только запоминать огромные ряды слов, цифр, бессвязных слогов и т. п., но и стирать все это из памяти перед очередным сеансом. Иногда за один день Шерешевский выступал с несколькими концертами в одном и том же зале, используя одну и ту же матрицу.

Вот как он это делал: «Я боюсь, чтобы не спутались отдельные сеансы. Поэтому я мысленно стираю доску и как бы покрываю ее пленкой, которая совершенно непрозрачна и непроницаема. Эту пленку я как бы отнимаю от доски и слышу ее хруст. Когда кончается сеанс, я мысленно снимаю пленку... Я разговариваю, а в это время мои руки как бы комкают эту пленку». Таким образом, Шерешевский стирал информацию сразу со всего пространства мнемонической матрицы, а не с каждого отдельного ее «места».

В тех случаях, когда такой метод не помогал эффективно забыть информацию, Шерешевский прибегал к парадоксальным на первый взгляд способам летатехники — к записи на бумаге той информации, которая подлежала забыванию: «Для того чтобы запомнить, люди записывают... Мне это было смешно, и я решил по-своему: раз он записал, то ему нет необходимости помнить. Значит, если я запишу, я буду знать, что нет необходимости помнить. .. И я начал применять это в маленьких вещах: в телефонах, в фамилиях, в каких-нибудь поручениях».

Здесь мы находим очень важную мысль: «Если записал, то нет необходимости помнить». Это одна из причин, по которой большинство людей считают свою память плохой. Стремясь зафиксировать важную для себя информацию, человек как правило не запоминает ее, а записывает. Тем самым, больше записывая, он меньше пользуется своей памятью. Не получая необходимой нагрузки память все меньше и меньше работает, а это прямой путь к ее атрофии. В конечном итоге, человек приходит к выводу, что его память никуда негодна, хотя сам же и загнал себя в этот амнестический тупик.

Доверяйте своей памяти: постарайтесь не пользоваться записными книжками, «нагружайте» память так, чтобы она имела возможность работать, и она никогда вас не подведет. Записывайте что-либо только тогда, когда вам это необходимо забыть!

Процесс освоения мнемонических (равно как и летатехнических) методов протекает в полном соответствии с законами диалектики Гегеля. В какой-то момент количественное накопление навыков произвольного запоминания и произвольного забывания приводит к качественному скачку, к «мнемоническому озарению», позволяющему запоминать и забывать без использования специальных методов, только за счет волевых установок.

Таким образом, для эффективной работы памяти необходимо уметь не только надежно запоминать, хранить и воспроизводить какую-либо информацию, но и забывать ее в случае необходимости, поскольку качество мнемонических процессов обеспечивается взаимосвязью всех четырех функций памяти.

3. Упражнение

Выберите какое-нибудь неприятное воспоминание (для данного упражнения достаточно представить, например, страшный эпизод из фильма ужасов) и мысленно осуществите с ним следующие манипуляции:

Представьте, что Вы видите это событие (или фрагмент фильма) на экране кинотеатра. Измените размер «кадра». Сделайте его формат длинным и узким. Теперь попробуйте максимально увеличить размер. После этого уменьшите изображение до размеров точки.

Верните изображение до исходных размеров. Сделайте его как можно более ярким и цветным. Теперь уменьшите интенсивность цвета до черно-белого. Представьте изображение только в зеленом цвете. Затем — в синем. В оранжевом.

Постарайтесь уменьшить контрастность изображения до полной неразличимости фигур и фона.

Попробуйте «запустить» изображение в обратную сторону. Остановите «кадр». Теперь просмотрите изображение, варьируя скорость просмотра несколько раз от очень высокой до очень медленной.

«Озвучьте» изображение. Сделайте звук максимально громким. Постепенно уменьшайте громкость звука до его полного исчезновения.

Восстанавливаем все исходные параметры изображения: цвет, яркость, контрастность, скорость, звук. Плавно выключаем звук. Останавливаем изображение. Снижаем интенсивность цвета, яркости. Убираем контрастность до полной «размытости». Отключаем изображение. Остается белый экран. Сводим его до размеров белой точки. Точка рассеивается в воздухе как колечко дыма. Воспоминание исчезло...

Категории: Теория Дедукции
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 24 марта 2014 г.
 Арыська в сообществе nya. 21:04:53
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­
­­ ­­


Категории: Ручное
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 23 декабря 2013 г.
100 главных фантастических книг... Chiyo Hana в сообществе Всего понемножку 12:09:34
100 главных фантастических книг - http://vk.com/page-­31348380_46438666

Книги, о которых речь пойдет в том посте — основа основ всей мировой фантастики.

Основным критерием является значение того или иного произведения для мировой и отечественной фантастики. В данный список попали лишь те книги и циклы, которые стали общепризнанными столпами фантастической литературы или оказали значительное влияние на развитие отдельных фантастических направлений.

При этом в данном списке не приписан основной вклад в фантастику англоязычным авторам: почти пятую часть перечня занимают книги отечественных мастеров слова.

ПРЕДТЕЧИ ФАНТАСТИКИ

Джонатан Свифт «Путешествия Гулливера»
Роман, проложивший путь авторам многих фантастических направлений — от сатиры до альтернативной географии. А чего стоит подробное конструирование миров! «Путешествия Гулливера» невозможно втиснуть только на фантастическую полку — это явление общечеловеческой культуры. Правда, большинство из нас знакомо лишь с адаптированной версией, входящей в «золотой фонд» детской литературы.
Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей»
Книга английской леди, супруги известного поэта, написанная «на спор». У Перси Шелли и его друга Байрона ничего не получилось, а 20-летняя девушка сочинила один из самых знаменитых «готических» романов. Но одной готикой дело не ограничилось! История швейцарского ученого Виктора Франкенштейна, который с помощью электричества научился оживлять мертвые ткани, считается первым по-настоящему научно-фантастическим произведением.
Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес»
Сказка для детей, придуманная английским математиком, оказала огромное влияние на развитие НФ. Сатирический абсурдизм, обилие парадоксов, иные измерения — книга Кэрролла включила в себя множество тем, неоднократно использованных фантастами последующих поколений. Особенно велико влияние Кэрролла на англоязычную культуру — по количеству цитирований повести об Алисе уступают только Шекспиру
Жюль Верн «Двадцать тысяч лье под водой»
Одна из самых знаменитых книг «отца-основателя» НФ. Конечно, рядом можно поставить еще несколько его романов — «Путешествие к центру Земли», «С Земли на Луну», «Робур-завоеватель», однако именно «20 тысяч...» объединяет в себе сбывшиеся научно-технические предсказания, увлекательный авантюрный сюжет, познавательность и яркого персонажа, чье имя стало нарицательным. Кто не знает капитана Немо и его «Наутилус»?
Роберт Льюис Стивенсон «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда»
История двух противоположных половин единой личности, одновременно — морализаторская притча о двойственности прогресса и ответственности науки перед обществом (позже эта тема была развита Г. Уэллсом в «Человеке-невидимке» и «Острове доктора Моро»). Стивенсон грамотно совместил элементы НФ, готического ужастика и философского романа. Результат — книга, породившая массу подражаний и сделавшая образ Джекила-Хайда нарицательным.
Марк Твен «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура»
Еще одна классика, которая совмещает в себе сатиру на современное писателю общество и блестящее воплощение нескольких фантастических идей, позднее растиражированных сотнями авторов. Путешествие во времени, альтернативная история, идея столкновения культур, сомнительность прогрессорства как способа изменения «косного» общества — все вместилось под одну обложку.
Брэм Стокер «Дракула»
Роман о вампирах, породивший океан подражаний в литературной и кинематографической фантастике. Ирландец Стокер явил миру пример грамотного «черного пиара». Взял подлинную фигуру валахского господаря — личности малосимпатичной, но в историческом плане достаточно ординарной, — и сотворил из него монстра с большой буквы, чье имя в массовом сознании помещается где-то между Люцифером и Гитлером.

НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА
Герберт Уэллс «Война миров»
Классическое произведение, открывшее сразу несколько направлений в НФ. Это первая книга о вторжении на Землю беспощадных «чужих». Однако Уэллс пошел дальше темы «войны миров». Писатель создает впечатляющую галерею поведенческих моделей людей в экстремальных условиях нависшей над ними угрозы тотального уничтожения. Перед нами — фактически предвидение развития общества в период грядущих мировых войн.
Айзек Азимов, цикл «История будущего»
Первая в мировой НФ монументальная история будущего, самой яркой частью которой считается трилогия Foundation (премия «Хьюго» как лучшая фантастическая серия всех времен). Азимов попытался свести развитие цивилизации к комплексу законов, сходных с математическими формулами. Спасителями человечества становятся не полководцы и политики, а ученые — адепты науки «психоистории». А действие всей серии охватывает 20 тысяч лет!
Роберт Хайнлайн «Звездный десант»
Роман вызвал нешуточный скандал, ибо многие либералы увидели в нем пропаганду милитаризма и даже фашизма. Хайнлайн был убежденным либертарианцем, у которого идея ответственности перед обществом уживалась с неприятием тотального ограничения государством личной свободы. «Звездный десант» — не просто эталонная «военка» о битвах с чужими, но и отображение представлений писателя об идеальном обществе, где долг превыше всего.
Альфред Элтон Ван-Вогт «Слэн»
Первое значительное произведение о биологических мутациях, которые грозят человечеству переходом на новую ступень эволюции. Естественно, обычные люди не готовы просто так отправляться на свалку истории, поэтому слэнам-мутантам приходится несладко. Ситуация осложнена тем, что слэны — плод генной инженерии. Человечество само породит собственного могильщика?
Джон Уиндэм «День триффидов»
Эталон научно-фантастического «романа-катастрофы». В результате космического катаклизма почти все земляне ослепли и превратились в добычу ставших хищными растений. Конец цивилизации? Нет, роман британского фантаста проникнут верой в силу человеческого духа. Дескать, «возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке»! Книга положила начало целой волне аналогичных (хотя зачастую более пессимистичных) историй.
Уолтер Миллер «Страсти по Лейбовицу»
Классическая постапокалиптическая эпопея. После ядерной войны единственным оплотом знаний и культуры остается церковь в лице основанного ученым-физиком ордена Святого Лейбовица. Действие книги происходит на протяжении тысячи лет: цивилизация постепенно возрождается, чтобы вновь погибнуть... Искренне верующий человек, Миллер с глубоким пессимизмом смотрит на способность религии принести человечеству настоящее спасение.
Робер Мерль «Мальвиль»
Самая дотошная хроника существования обычного человека в мире после ядерной войны. Группа людей, оказавшись в замке Мальвиль, день за днем выживает на развалинах цивилизации. Увы, но их робинзонада абсолютно безнадежна. Никто не прилетит с «большой земли», не спасет, не вернет навсегда утраченное. И не зря, одержав череду блестящих побед, главный герой умирает от банального аппендицита. Мир погиб — и будущего нет...
Айзек Азимов, сборник «Я, робот»
Рассказы Азимова о роботах развили тему, поднятую Карелом Чапеком в пьесе R.U.R., — о взаимоотношении человека и искусственного интеллекта. Три Закона Роботехники — этическая основа для существования искусственных созданий, способная подавить «комплекс Франкенштейна» (подспудное желание уничтожить своего Творца). Это не просто истории о думающих железяках, а книга о людях, их нравственных метаниях и духовных экспериментах.
Филип К. Дик «Мечтают ли андроиды об электроовцах?»
Первый образчик подлинного киберпанка, появившийся задолго до рождения самого термина и фантастического явления, им обозначенного. Кислотно-мрачный мир будущего, обитатели которого постоянно подвергают сомнению смысл и даже реальность собственного существования, — темы, характерные и для этого романа, и для всего творчества Дика. А книга послужила основой культового фильма Ридли Скотта «Бегущий по лезвию бритвы».
Уильям Гибсон «Нейромант»
Священная книга киберпанка, где есть практически все его знаковые приметы. Блестяще показано высокотехнологическое близкое будущее, в котором власть принадлежит хищным транснациональным корпорациям и процветает киберпреступность. Гибсон выступил настоящим пророком наступившей сегодня цифровой эры, не только предвидя проблемы развития информационных технологий, но и введя в широкий оборот специфический компьютерный жаргон.
Артур Кларк «2001: Космическая Одиссея»
На основе старого рассказа Артур Кларк сочинил сценарий для фильма Стэнли Кубрика — первой настоящей НФ-эпопеи мирового кино. А новеллизация стала символом серьезной космической научной фантастики. Никаких «звездных войн», никаких супергероев с бластерами. Реалистичный рассказ об экспедиции к Юпитеру, во время которой машинный разум достигает своего предела, зато человек способен перейти любые границы возможного.
Майкл Крайтон «Парк Юрского периода»
Крайтон считается отцом фантастического технотриллера. «Парк Юрского периода» — не первое произведение такого рода, но одно из самых известных, во многом благодаря экранизации Стивена Спилберга. Будучи по сути умелым соединением многократно проработанных в НФ тем и идей — генная инженерия, клонирование, бунт искусственных созданий, — роман приобрел миллионы поклонников и множество подражаний.

ФИЛОСОФСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ФАНТАСТИКА

Герберт Уэллс «Машина времени»
Один из краеугольных камней современной НФ — книга, положившая начало эксплуатации темы путешествий во времени. Уэллс также попытался продолжить современный ему капитализм в далекое будущее, в котором человечество разделилось на два биологических вида. Еще сильнее, нежели странное общество элоев и морлоков, потрясает «конец времен», знаменующий полную погибель разума.
Евгений Замятин «Мы»
Первая великая антиутопия, повлиявшая на других классиков — Хаксли и Оруэлла, не говоря уж о множестве фантастов, которые пытаются критически прогнозировать развитие общества. Действие повести разворачивается в псевдо-утопии, где роль человека низведена до положения незначительного винтика. Результат — «идеальное» общество-муравейник, в котором «единица — ноль, единица — вздор».
Олдос Хаксли «О дивный новый мир»
Одна из основ литературной антиутопии. В отличие от современников, разоблачавших конкретные политические модели, роман Хаксли полемизировал с идеалистическими взглядами о совершенстве технократии. Завладевшие властью интеллектуалы построят еще один вариант концлагеря — пусть и благопристойного на вид. Увы, современное нам общество подтверждает правоту Хаксли.
Джордж Оруэлл «1984»
Еще один классический роман-антиутопия, созданный под влиянием мрачных событий Второй мировой. Пожалуй, сейчас во всех уголках мира слышали придуманные Оруэллом термины «Большой брат» и «новояз». «1984» — это сатирическое изображение абсолютного тоталитаризма, какой бы идеологией — социалистической, капиталистической или нацистской — он ни прикрывался.
Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту»
Антиутопия, в основе которой — не политические или социальные, а культурологические идеи. Показано общество, где истинная культура стала жертвой прагматичного жлобства: животный материализм безоговорочно восторжествовал над романтическим идеализмом. Пожарные, сжигающие книги, — очередной знаковый образ современной цивилизации. События последних лет показывают, что роману грозит участь не предупреждения, но пророчества!
Курт Воннегут «Бойня номер пять»
Шедевр антивоенной фантастики (да и литературы вообще). Герой книги — альтер-эго автора Билли Пилигрим, ветеран войны, переживший варварскую бомбардировку Дрездена. Похищенный инопланетянами, герой лишь с их помощью сумеет излечиться от нервного потрясения и обрести внутренний покой. Фантастический сюжет книги — лишь прием, с помощью которого Воннегут борется со внутренними демонами своего поколения.
Роберт Хайнлайн «Чужак в чужой стране»
Первая НФ-книга, ставшая национальным бестселлером в США. Это история «космического Маугли» — земного ребенка Майкла Валентайна Смита, воспитанного представителями принципиально иного разума и ставшего новым Мессией. Помимо очевидных художественных достоинств и открытия многих запретных для фантастики тем, значение романа в том, что он окончательно перевернул общественное представление о НФ как литературе для незрелых умов.
Станислав Лем «Солярис»
Флагман философской НФ. Книга замечательного польского писателя повествует о неудачном контакте с абсолютно чуждой нам цивилизацией. Лем создал один из самых необычных НФ-миров — единый разум планеты-океана Солярис. И можно брать тысячи проб, ставить сотни экспериментов, выдвигать десятки теорий — истина так и останется «там, за горизонтом». Наука просто не способна разгадать все тайны Вселенной — как ни пытайся...
Рэй Брэдбери «Марсианские хроники»
Многоплановый цикл о завоевании человеком Марса, где доживает последние дни странная и некогда великая цивилизация. Это и поэтизированный рассказ о столкновении двух различных культур, и размышления о вечных проблемах и ценностях нашего бытия. «Марсианские хроники» — одна из книг, наглядно демонстрирующих, что фантастика способна затронуть самые сложные проблемы и может на равных конкурировать с «большой» литературой.
Урсула Ле Гуин, Хайнский цикл
Одна из самых ярких историй будущего, шедевр «мягкой» НФ. В отличие от традиционных сценариев космической фантастики, у Ле Гуин отношения между цивилизациями опираются на особый этический кодекс, исключающий применение насилия. Произведения цикла повествуют о контактах между представителями различных психологий, философий и культур, а также об их обыденной жизни. Наиболее значительная часть цикла — роман «Левая рука Тьмы» (1969).
Орсон Скотт Кард «Игра Эндера», «Голос тех, кого нет»
Два романа, за которыми последовал популярный, но неоднозначный многотомный цикл, — подлинные шедевры, вершина творчества Карда. «Игра Эндера» — модернизированная «военка» с упором на психологию взросления харизматического подростка-лидера. А «Голос...» — прежде всего история контакта, взаимопонимания принципиально различных культур. Все хотят, как лучше; почему же добрые намерения оборачиваются трагедией?
Генри Лайон Олди, цикл «Бездна голодных глаз»
Первое в современной отечественной фантастике многослойное философско-мифологическое произведение, «Бездна голодных глаз» включает различные направления НФ и фэнтези. Создавая вселенную, соавторы используют самые разные мифологические схемы, объединяя крепкий авантюрный сюжет и качественно проработанные характеры персонажей с философским осмыслением происходящих событий.
Эдгар Райс Берроуз «Принцесса Марса»
Роман, открывший суперпопулярную серию о приключениях землянина Джона Картера на Марсе. По сути, книга и цикл положили начало авантюрной фантастике о похождениях «наших» в ином мире и стали предтечей космооперы. И пусть литературный дар Берроуза был весьма хилым, его невероятная фантазия и умение выстраивать захватывающую интригу повлияли на несколько поколений фантастов.
Эдвард Элмер «Док» Смит «Космический Жаворонок»
С этой книги началась история «космической оперы» как отдельного направления приключенческой фантастики. Герой романа изобретатель Сетон на звездолете «Космический Жаворонок» впервые в истории литературной фантастики отправляется в полет к звездам. Впоследствии Смит упрочил положение «адмирала» космооперы еще одним знаменитым циклом о Ленсменах.
Фрэнк Герберт «Дюна»
Один из самых прославленных и многослойных НФ-романов, осыпанный многочисленными премиями. Образец удачного совмещения политических интриг галактического уровня, тщательного показа своеобразной псевдоисламской культуры, романтизированной биографии харизматического лидера с подробно выписанной психологией героев. Герберту удалось вывести космооперу на совершенно новый уровень.
Энн Маккефри, цикл о Перне
Знаменитая серия приключенческой фантастики, действие которой происходит на другой планете, где потомки земных колонистов поддерживают существование с помощью одаренных телепатией драконов. Автору удалось создать очень подробную хронику тщательно прописанного мира в фэнтезийных декорациях. Наряду с похожим по теме циклом «Дарковер» Мэрион Зиммер Брэдли, Пернская серия считается жемчужиной авантюрной НФ.
Кэролайн Дж. Черри, цикл об Альянсе и Союзе
Это не просто очередная история будущего о противоборстве двух галактических сил — торгового Альянса и милитаристического Союза. Главное достоинство серии, состоящей из нескольких циклов, — невероятно точное описание жизни и внутреннего мира нечеловеческих цивилизаций. Герои романов и повестей Черри — чаще всего разнообразные «чужие», в корне отличающиеся от нас мышлением и поведением. Может, писательница — инопланетный подкидыш?
Лоис Макмастер Буджолд, Барраярский цикл
Удивительно гармоничный гибрид многих направлений — монументальной семейной саги, космической оперы, военной фантастики, детектива, политического триллера, юмора, нравственного «романа воспитания», мелодрамы. В современной НФ аналогов циклу Буджолд просто нет. И главное, писательнице удалось создать галерею удивительно живых персонажей во главе с гениальным калекой Майлзом Форкосиганом — космическим Наполеоном с совестью и душой.
Дэн Симмонс «Гиперион»
Как и гербертовская «Дюна», эта книга — Космоопера с большой буквы. Симмонсу удалось создать великолепное многослойное произведение о мире далекого будущего, совместив несколько магистральных тем научной фантастики — от хронопутешествий до проблемы искусственного интеллекта. Роман насыщен отсылками к мировой литературе и мифологии, полон философских размышлений и при этом крайне увлекателен.

САТИРА И ЮМОР
Карел Чапек «Война с саламандрами»
Роман чешского писателя — философская эпопея, исследующая социальный феномен возникновения фашизма и, одновременно, эталон сатирической фантастики. Симпатичные саламандры, обладающие зачатками разума, беззастенчиво эксплуатируются ушлыми людишками. Из них делают дешевую рабочую силу, безропотных солдат и даже консервы. А затем находится некий человечек, бывший фельдфебель Андреас Шульце, который возглавляет успешный бунт саламандр...
Роберт Шекли, рассказы
Лучшая юмористическая фантастика в короткой форме (можно добавить разве что некоторые вещи Генри Каттнера). Тематика самая разнообразная — от пародии на жанровые штампы НФ до откровенной сатиры на общественные явления. Блестящие идеи изложены в по-настоящему смешной форме. По литературной стилистике произведения Роберта Шекли ближе всего к творчеству О’Генри: мягкий юмор, а также ударный и зачастую абсолютно неожиданный финал.
Пирс Энтони «Заклинание для хамелеона»
Отнюдь не блестящий роман далеко не выдающегося писателя вывел комическую фантастику на абсолютно новые рубежи. Аудитория фантастического юмора долгое время была ограничена. Однако первый роман о Ксанфе сенсационно стал бестселлером, после чего юмор превратился в желанного гостя западных издателей. Закрепил успех гораздо более яркий «МИФический» цикл Роберта Асприна, но слава первопроходца досталась все-таки Энтони.
Дуглас Адамс «Автостопом по Галактике»
Переделанный автором в роман цикл радиопьес о человеке, который спасся с уничтоженной Земли и пустился в путешествие по Галактике. В лучших традициях английского юмора автор осмеивает стереотипы научной фантастики, а также «жизнь, Вселенную и все остальное». В Британии книги Адамса зародили «комический бум», без которого у нас не было бы «Плоского мира».
Терри Пратчетт, цикл «Плоский мир»
Самый выдающийся сериал юмористической фантастики в истории, поставивший направление на недосягаемую ранее высоту. В Британии романы о Плоском мире не вылезают из списков бестселлеров, но дело не в коммерческом успехе. Книги серии не просто развлекательны и ироничны, они еще и умны, по-хорошему назидательны, заставляют о многом задуматься. К тому же, Пратчетт — яркий стилист, что позволяет читать его даже тем, кто не переваривает фантастику в принципе.
Аркадий и Борис Стругацкие «Понедельник начинается в субботу», «Сказка о Тройке»
Самая яркая советская комическая фантастика. Органичный сплав сказочного фольклора, иронической и сатирической прозы в лучших традициях русской литературы. «Понедельник начинается в субботу» — вещь скорее юмористическая, пронизанная романтикой научного поиска, верой в технический прогресс. А вот остросатирическая «Сказка о Тройке» сталкивает эту романтику с бесчеловечной бюрократической машиной. Две повести — как две стороны советских шестидесятых: светлая и темная.
Андрей Белянин «Меч без имени»
Для современной нашей фантастики Белянин сыграл ту же роль, что Энтони и Адамс для англоязычной. Юмористические приключения его героев не то чтобы очень хороши и остроумны, просто для читателей они оказались в самый раз и породили легион подражателей. Отчасти заслуга популяризации фэнтезийного юмора принадлежит «Приключениям Жихаря» Михаила Успенского, но, так или иначе, книги Белянина оказались куда более популярными.

СОВЕТСКАЯ ФАНТАСТИКА
Алексей Толстой «Аэлита»
Первая советская авантюрная фантастика о путешествии на другую планету. Хотя роман написан под явным влиянием марсианского цикла Берроуза, в нем имеются существенные отличия: большее внимание к мифологии, мистике и научным идеям. Ну, и конечно, идеологическая окраска — ведь герои не просто приключались на Марсе, они пытались организовать там пролетарскую революцию! Читатели же всем сердцем прикипели к романтической принцессе Аэлите.
Александр Беляев «Человек-амфибия»
Беляев, безусловно, самый яркий автор ранней советской НФ. На его счету несколько отличных романов, самый знаменитый из которых — «Человек-амфибия», где описана трагическая история юноши, получившего способность жить в океане. Одна из первых в мировой НФ книг, где показаны непростые в морально-этическом плане взаимоотношения обычных людей с искусственно созданными «сверхчеловеками». Отчасти — предтеча НФ о генной инженерии.
Иван Ефремов «Туманность Андромеды»
Этапная для советской НФ книга, знаменующая отказ от идеологии фантастики «ближнего прицела». Это масштабная утопия о далеком коммунистическом будущем, пропитанная социальными и философскими идеями. Ефремову удалось создать яркий беллетризированный трактат о времени, когда люди стали «как боги» прежде всего в духовном плане. Однако тяжеловесный слог не позволил роману сохранить притягательность до наших дней
Аркадий и Борис Стругацкие, цикл о Полдне
Мегацикл начинался как очень удачная утопия: авторы показали идеальный коммунизм, ради которого действительно хочется жить и работать! Даже странно, что рассказы из цикла «Полдень, XXII век» не вошли в школьную программу. Впрочем, со временем соавторы стали задавать «неприятные» вопросы, обнаруживая изъяны в созданном ими же идеале, — и тут уже их книги вознесли на щиты либерально настроенные интеллигенты.
Сергей Снегов «Люди как боги»
Очередная коммунистическая утопия, вошедшая в историю НФ благодаря необычному для советской литературы сродству с «капиталистической» космической оперой. Если у Ефремова и Стругацких конфликты носили внутрисистемный или нравственно-психологический характер, то Снегов рисует мир всеобъемлющей галактической войны. Показанные автором битвы звездных флотов по масштабности не имеют аналогов в советской НФ.
Кир Булычев, цикл о Великом Гусляре
Знаковая серия фантастической литературы, «сделанной в СССР». Юмористические рассказы о необычных буднях провинциального городка Великий Гусляр — великолепная зарисовка советского и постсоветского быта, где обыденность мешается с фантастикой. Цикл с успехом продолжался многие годы, отражая происходящие в нашем обществе перемены. В итоге получилась своеобразная фантастическая летопись загадочной русской души.



ДЕТСКО-ЮНОШЕСКАЯ ФАНТАСТИКА
Клайв С. Льюис «Хроники Нарнии»
Классика детской фантастики о приключениях английских детишек в сказочном мире Нарнии. Цикл Льюиса вышел даже раньше «Властелина Колец», однако статус «детского чтения» не позволил произведению британского философа и богослова считаться краеугольным камнем современного фэнтези. Помимо многочисленных приключений, в книгах о Нарнии присутствуют элементы философской и этико-религиозной назидательности.
Александр Волков, цикл об Изумрудном городе
Вольная переработка сказочной серии Л. Фрэнка Баума о стране Оз, сделавшая Волкова классиком детской литературы и предтечей отечественного детского фэнтези. Начальная повесть — лишь «римейк» американского оригинала, но с каждым томом Волков все более отходил от Баума, выстраивая собственный мир. И если книги Баума страдали от натужного морализаторства, то Волкову удалось сочетать ненавязчивую назидательность с динамичным сюжетом и яркими персонажами.
Кир Булычев, цикл об Алисе Селезнёвой
Несколько поколений в нашей стране выросло на книгах о приключениях «гостьи и будущего». Лучшие из рассказов об отважной, честной и благородной Алисе Селезнёвой стали эталоном подростковой фантастики, которая должна не только развлекать своих читателей, но по-хорошему, без унылого занудства поучать их, подспудно побуждая к самосовершенствованию. Интерес к Алисе не пропадает и по сей день — порукой тому выходящий в будущем году полнометражный мультфильм.
Владислав Крапивин, цикл о Великом Кристалле
Цикл условно связанных произведений, вошедших в золотой фонд отечественной детской фантастики. Сюжеты во многом схожи: подросток или юноша оказывается в экстремальной ситуации (переносится на другую планету, сталкивается с пришельцами и т. п.). Фантастика для Крапивина — не более чем прием для акцентированного показа взросления ребенка, размышлений о границах между добром и злом, ложью и честностью, проблеме «отцов и детей».
Филип Пуллман «Темные начала»
В отличие от «Гарри Поттера», этот цикл ближе к традиционной фэнтезийной эпопее. Герои отправляются в путешествие, от которого зависит судьба Вселенной. Но главное — приключения духа. Лира и Уилл — обычные подростки, которые мужают на глазах читателя, познавая окружающий мир и самих себя. Цикл обвиняют в пропаганде атеизма, но скорее это история о поисках подлинной сути бога, которая не может быть монополизирована кучкой жрецов.
Джоан Ролинг, цикл о Гарри Поттере
Можно по-разному относится к книгам про юного мага в круглых очках, которые поставили на уши весь мир, однако заслуги Ролинг перед фантастикой и литературой вообще неоспоримы. Истинное волшебство Гарри Поттера — то, что он вернул книгу в руки молодого поколения, возродил интерес к чтению, угасший было под натиском мультимедийных развлечений. А уж многомиллионные тиражи и баснословные прибыли — лишь следствие.

ИСТОРИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКА
''Лайон Спрэг де Камп «Да не опустится Тьма!»

Отчасти роман о приключениях американского археолога Мартина Пэдуэя, который из Италии времен Муссолини перенесся во времена готского владычества, навеян классической хронооперой Марка Твена. Однако по сути это уже настоящая альтернативная история, хоть и решенная в ироническом ключе. В отличие от героя Твена, Пэдуэю удалось повернуть колесо Истории в иную сторону. Прогресс восторжествовал — Тьма так и не наступит?

Филип К. Дик «Человек в высоком замке»

Великолепный образчик серьезной и драматической альтернативной истории — без попытки состряпать легкую развлекательную авантюру. Дику удалось создать очень достоверный мир, где Германия и Япония выиграли Вторую мировую войну. Однако АИ автор не ограничился — у романа есть и метафизическая подоплека, связанная с любимой темой Дика о нереальности окружающей человека действительности. Вот откуда у «Матрицы» ноги растут!

Андрей Валентинов «Око Силы»

Сам термин «криптоистория» появился благодаря творчеству Валентинова — конкретно циклу «Око Силы» (впрочем, на Западе направление «тайной истории» существовало давно). Цикл — масштабное, хоть и несколько наивное полотно, где с иных ракурсов рассматривается наша история на протяжении многих десятилетий. Оказывается, любимые вожди советского народа были... тссс... черт-знает-кто! И вообще, все не то, чем кажется!

Кэтрин Куртц, цикл о Дерини

Самая проработанная и детализированная фэнтезийная псевдоисторическая эпопея с особым упором на теологические и нравственно-психологические проблемы. Куртц даже написала несколько «исторических» трудов о различных аспектах жизни дерини — людей, одаренных паранормальными способностями. Однако повышенное внимание автора к стилизации текста под тяжеловесную староанглийскую литературу не позволило циклу обрести массовую популярность.

Вера Камша «Хроники Арции»

Первые романы цикла — громоздкое и неуклюжее подражание Перумову. Однако, начиная с третьего тома, Камша сменила вектор в сторону псевдоисторической фантазии, взяв за основу период английской Войны Роз и творчество Джорджа Мартина. И цикл зажил заново, благодаря галерее ярко прописанных персонажей. Ныне Вера Камша — один из немногих отечественных авторов, сочиняющих книги на уровне лучших мировых образцов.

Категории: "Литература", "книга", "топ 100 главных фантастических книг"
Прoкoммeнтировaть
вторник, 16 июля 2013 г.
, ракетное лето в сообществе чайная кружка 05:28:37
­­
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 30 июня 2013 г.
Сможете угадать, для кого предназначены эти доспехи? Юэль в сообществе Фруктово-ягодный компот 11:43:30
­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­


Категории: Животные, Фотосессия., Вопросец
комментировать 29 комментариев | Прoкoммeнтировaть
пятница, 3 мая 2013 г.
362 ракетное лето в сообществе чайная кружка 16:21:32
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­
­­


Категории: -
Прoкoммeнтировaть
среда, 1 мая 2013 г.
фоны ракетное лето в сообществе чайная кружка 07:29:37
­­

­­

­­

­­


Категории: -
Прoкoммeнтировaть
суббота, 9 февраля 2013 г.
Мы с Тамарой кодим парой 20:08:06
Запись только для зарегистрированных пользователей.
Мы с Тамарой кодим парой 20:06:53
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 2 февраля 2013 г.
Мы с Тамарой кодим парой 13:20:17
Запись только для зарегистрированных пользователей.
Мы с Тамарой кодим парой 13:07:36
Запись только для зарегистрированных пользователей.
 


осень тоже может быть светлой > Цитатник пользователяПерейти на страницу: 1 | 2 | 3 | следующуюСледующая »

читай на форуме:
пройди тесты:
Деньгиии 4
Хорошо ли ты знаешь "Сумеречную...
Ты в мире фентази.
читай в дневниках:
Приветствие=*
Проба

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх